И все же первое слово — «мама»
Фото: Екатерина Вулих

Фото: Екатерина Вулих

«Русская планета» узнавала, как живут, попадают в приемные семьи и возвращаются обратно обитатели рязанского Дома ребенка

На улице Чкалова в Рязани находится Дом ребенка. Здание со стороны дороги закрыто высокими соснами. Жителям Дома ребенка – от 0 до 4 лет.

Тянут руки к каждой взрослой тете

Удручающее это занятие — путешествие по коридорам и комнатам Дома ребенка. Обстановка там уютная и приветливая, спальные комнаты удобные и светлые, а в игровых так и хочется задержаться, ненадолго вернуться в детство. Ребятишки ухоженные, улыбчивые и развитые порой даже с опережением «возрастного графика»: вот 6-месячный малыш резво ползет по манежу, 2-месячная девчушка спит на животике. Остальные — кто в ходунках бегает, кто с медсестрами и воспитателями общается.

Только тянут они руки к каждой взрослой тете и кричат с надеждой: «Мама, мама!». Главная «мама», Елена Шатская, находит минутку для каждого: кого по голове погладит, кого пощекочет.

Коридор за коридором, комната за комнатой, глаза, глаза, детские глаза. У кого улыбчивые, у кого отстраненные, у кого больные. Каждый четвертый ребенок — инвалид.

– Есть дети с ДЦП, с синдромом Дауна, вот малышка с дефектом нёба, поэтому у нее все лицо деформировано. У этого нашего «героя» недоразвитые нижние конечности, вот такая беда.

Мальчик с огромными карими глазами шустро передвигается по большому манежу, отталкиваясь руками. Ножки скрючены, будто усохли: колготы болтаются за ним ненужными тряпочками. «Мама!» — приветствует нас.

– Скоро поедет на лечение в Санкт-Петербург, — обращаясь ко мне, улыбается мальчику Шатская. — Видите, мы его не рискуем к ровесникам отпускать, могут нечаянно сшибить, больно сделать. Поэтому он с малышами. В остальном развитый мальчишка, веселый.

Сейчас в Доме ребенка находятся не все дети, почти 50 ребят уехали в деревню Сушки Спасского района Рязанской области: там летняя «резиденция» — загородная дача.

В отдельной комнатке на три кровати лежит единственный ребенок — девочка Лена. Рядом с ней, на отдельном столе магнитофон — для ребенка включают музыку и запись птичьих голосов, сказки. У Лены слабенькое тельце и тонкие конечности, но огромная неподъемная голова. Она никогда не сможет ходить, даже сесть в кроватке не сможет. Девочка безнадежна: врожденная гидроцефалия. Елена Евгеньевна говорит, что ей сделали одну операцию и облегчили страдания: уменьшили внутричерепное давление. Собираются еще раз на консультацию, надеются, что помогут чем-то еще.

– Леночка сегодня веселая, — докладывает дежурная медсестра, — не плакала, ничего у нас не болит.

– В одной из клиник Леночку временно положили на кушетку в коридоре, так все родители достали мобильники и начали снимать, — переговорив с сотрудницей, Елена Евгеньевна обращается уже ко мне. — А вы говорите, «доступная среда», «толерантность к инвалидам». Все начинается с обычной культуры поведения.

Заканчиваем обход, осматривая дворовую территорию; здесь тоже все очень достойно. Детские горки, качели-карусели, беседки, газоны и деревья, в тени которых замечаю мужчину, женщину и девочку.

– Это наши усыновители, к будущей дочери ходят, — мимоходом замечает главврач и начинает сокрушаться по поводу того, что утром все клумбы полили, а к вечеру земля уже вся высохла.

«Все хотят голубоглазых девочек»

– Так вот, о девочке, которую во дворе видели — ее ж на улице нашли, беспризорница. У нее не европейский тип лица, поэтому боялись, что ее никто не возьмет. Ведь все хотят светловолосых голубоглазых девочек в возрасте до трех лет. Но эта супружеская пара прямо влюбилась в малышку с первого взгляда. Теперь приходят с ней гулять, скоро их дело будет рассматриваться.

– А помните случай: ребенка нашли на Михайловском шоссе, весной, холодно еще было?

– Да, я тогда только в должность вступила. Тоже ребенок кареглазый и черноволосый. Так забрали его почти мгновенно, он теперь в районе живет, в отличных условиях. Служба опеки курирует приемные семьи, но и мы отслеживаем судьбу детей, только неформально.

Елена Евгеньевна с явной радостью сообщает, что в последнее время сроки пребывания детей в их учреждении сократились: ребят быстро усыновляют. Совсем скоро должны забрать девочку — ее будущие родители шлют ей альбомы с видами Австрии (будущего местожительства малышки), ресторана, которым владеют усыновители, заснеженных Альп. Встречи усыновителей с малышкой проходят тепло и весело. О случаях издевательств над российскими детьми в американских семьях Шатская говорит так:

– Видимо, такие случаи все же были зафиксированы. Но воспитанники рязанского Дома ребенка, к счастью, живут в нормальных семьях и в хороших условиях, мы поддерживаем отношения.

– Насколько сложно усыновить ребенка?

– Нужно пройти обычную процедуру, собрать пакет документов. Но это внешняя сторона, ведь главное — сто раз подумать, готова ли пара или одинокий человек воспитывать неродного ребенка?

Рассказывает, что совсем недавно отказали в усыновлении паре из Москвы. В процессе изучения документов выяснилось, что в квартире прописаны шестеро родственников. Супруги утверждали, что эти сестры давно проживают за границей со своими семьями, вполне обеспечены, возвращаться не собираются. Но суд предложил как-то решить проблему с пропиской такого количества людей на жилплощади.

– С одной стороны, несправедливо, можно раздуть целую историю. А с другой? Если эти родственницы рассорятся с мужьями и вернутся в эту квартиру, да еще начнут ее делить на несколько частей? И это тоже будет вполне законно. Так куда ребенку деваться? По съемным квартирам или в детдом?

«Мать! Не подкидывай ребенка»

Елена Евгеньевна говорит, что Рязанская область — единственная, в которой один Дом ребенка на весь регион. Поэтому к ним попадают дети со всех районов. Чтобы подкидывали, как в кино, на ступеньки учреждения — такого не было. Рассказывает, что первый в городе приют для младенцев находился на улице Салтыкова-Щедрина. Построен он был в 1913 году, на здании висел специальный ящик с надписью: «Мать! Не подкидывай своего ребенка, а неси сюда, в Дом, где возьмут его безо всяких расспросов и бумаг. Или положи его в ящик, что в дверях, позвони, и этим ты спасешь ребенка от многих болезней и смерти».

Сейчас в Дом ребенка дети попадают тремя путями.

– Ребенок появился на свет в роддоме, и его мать подписывает документ — согласие на усыновление малыша любым гражданином. Второй путь — когда органы опеки изымают ребенка из семьи. Третий — когда мать сама приходит к нам и просит оставить ребенка на временное содержание в связи с трудной жизненной ситуацией. Вторая и третья группа малышей — временные. Ведь мать, ограниченная в родительских правах, может исправиться, да и жизненные трудности рано или поздно преодолеваются.

Шатская говорит, что, по ее опыту, большинство этих самых трудных жизненных ситуаций создается самими родителями. Они сами себя загоняют в тупик. Рассказывает про беременную женщину из отдаленного района области, которая приехала к главврачу вместе со своей мамой.

– Оказалось, что у нее есть еще один ребенок, его попросили на время оставить в учреждении, пока не родится второй. С работой тяжело, а у гражданского мужа тоже нет заработка, потому что нет паспорта. Он и не собирается получать документ, чтобы в армию не ходить! — Елена Евгеньевна то ли удивляется, то ли возмущается. — Вот такие у нас «трудности» случаются, это какая-то другая реальность.

Но встречаются, по ее словам, недобросовестные мамы, которые «сидят на шее» у государства. Одна рязанка оставила в Доме ребенка двоих сыновей — на время устройства на работу. Навещает детей, приносит им подарки. Каждые три месяца пишет новые заявления, чтобы пока не забирать их.

– Но тут выяснилось, что у женщины и квартира есть с удобствами, и работа с зарплатой около двадцати тысяч рублей. То есть хочет жить для себя, чтобы дети не мешали, но и отказ писать не собирается. Так что в следующий раз, как придет, ее ждет серьезный разговор: пора принять кардинальное решение.

Дважды отказные

– Недавно от сотрудницы управления образования (сектор охраны детства) нашего региона услышала фразу: «Вы не представляете, что это такое, когда потом “родители” отказываются от усыновленных детей. Потому что “у них наследственность”, потому что “они с мужем не совсем похожи”, потому что “супруг передумал”. Имеют место такие случаи?

– К сожалению, имеют, к счастью, немного. Но вот как сказать «немного», если дело касается жизни ребенка? Сломанная психика маленького человечка не измеряется единицами. В этом году у нас взяли и вернули обратно мальчика. Всего через месяц! Сказали, что характер тяжелый. Если бы хотели исправить ситуацию, обратились бы к нашим специалистам, они бесплатно помогают таким семьям. А значит, не пожелали, просто передумали, купил игрушку — выкинул игрушку.

За последние три года было два случая отмены усыновления. В обоих случаях приемные родители отказались от мальчиков. Еще раньше, в 2008, отказались от 17-летней девочки. Ее отправили обратно в детдом.

– Процедура отмены усыновления осуществляется в судебном порядке, никакой ответственности усыновители не несут, возможно только взыскание алиментов на содержание ребенка. Дети, от которых отказались дважды, очень тяжело переживают очередную утрату родителей, для них это катастрофа, — отмечает Шатская и с улыбкой смотрит в окно, где потенциальная приемная мама устроилась в тени голубой ели, на лавочке, с грудничком на руках.

«Где мерило ценности жизни?»

– В вашем Доме ребенка создан Центр комплексной помощи детям с особенностями в развитии. Что это такое, для кого?

– Было время, когда детьми с особенностями развития занимались только медработники, врачи и медсестры. Врачи наблюдали их, ставили диагнозы, прописывали лечение, медсестры выполняли назначения. Такие дети видели в своей жизни только взрослых в белых халатах, даже те, от которых не отказывались родители. И больше никакой жизни они не видели, мир их пугал, не принимал, и это было взаимно. Теперь мы применяем междисциплинарный подход к таким малышам.

Елена объясняет, что при таком подходе с ребенком работает множество специалистов: воспитатель, педагог, дефектолог, врачи разных специализаций. С родителями работает юрист, который разъясняет все законы, касающиеся семей с особыми детьми, и помогает добиться желаемого результата. Дети в таких группах не разделяются по возрастам и диагнозам, они занимаются в одних «компаниях».

– Здесь важно выделить вот что: в случае рождения ребенка с ограниченными возможностями здоровья о нашем центре сообщают еще в роддомах,. То есть появилась возможность не отказываться от малыша, а просто заниматься с ним у нас, по нашей методике. Необходимо понять, что даже самые любящие и самые материально обеспеченные родители не в силах адаптировать ребенка так, как это сделают наши специалисты, — уверена Шатская.

И уже перед моим уходом она рассказала о судьбе малыша с «синдромом бабочки», от которого сначала в ужасе отказались родители.

– Это заболевание называется буллезный эпидермолиз, когда от простого прикосновения на коже появляются пузыри и ссадина. Родители отказались, они были в шоке. Наш персонал — просто герои! — бинтовали малыша десять месяцев, каждый его пальчик. А потом родители все же забрали ребенка домой — наши психологи постарались, поработали с ними, Фонд-Бэла, оказывающий помощь детям с «синдромом бабочки», привлекли. Малыш теперь живет дома, с мамой и папой. Он неизлечим. Но где та грань, где весы, которыми можно мерить, кому жить на этом свете, а кто здесь не нужен?

Мухи летят на пляж Далее в рубрике Мухи летят на пляжКорреспондент «Русской планеты» прошлась по рязанским пляжам Читайте в рубрике «Общество» Пыль и жирУченые пришли к сенсационному выводу - к ожирению может привести обычная домашняя пыль! Пыль и жир

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Дискуссии без купюр.
Читайте «Русскую планету» в социальных сетях и участвуйте в обсуждениях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»