«На огород не выходят, мрут каждый год»
Фото: Екатерина Вулих

Фото: Екатерина Вулих

Жители вымирающего рязанского села Ухорь — о работе в совхозе, раскопках на «барском» кладбище и китайских теплицах

Снег, слепящее солнце и ледяной каток под колесами — такая картина появилась сразу после того, как я съехала с трассы М6. Поля, поля, потом несколько крепких на вид домов, обшитых сайдингом. «Это москвичи понаехали», — объяснили мне потом местные. Снова поля, внезапно — остовы деревянных теплиц с аккуратно свернутой полиэтиленовой пленкой. Километры теплиц. Порадовалась: значит, поля не заброшены. Рано радовалась.

Села Незнаново, Проницы, Быково Кораблинского района можно миновать без особых проблем — все расчищено. Дальше дорога сужается, становится бугристо-обледенелой, но пока приемлемой. И вот перед капотом возникает «отутюженный» трактором «пятачок» и высокий сугроб — все, приехали. Дальше — по узким тропочкам. Вот и оно, село Ухорь.

«Покопались на кладбище… Ой, смеху было»

Большинство домов невозможно признать жилыми даже издалека. В первых трех никто не открыл, стучала кулаком и сапогом, кричала. Даже занавески не шелохнулись. Побрела к странному двухподъездному двухэтажному дому: крыша новая, круглыми отростками торчат спутниковые тарелки, но несколько оконных проемов зияют дырами и темнотой. За 40 минут блужданий по селу не встретила ни единого человека, только стайка собак звонко обрехивала чужую. И вот — о чудо! — дверь на первом этаже распахнулась. Женщина в возрасте немного за 60 пригласила меня пройти в квартиру, даже не спросив, кто я. Причина такой неосмотрительности стала понятна почти сразу: из ценного в доме — копеечные бумажные иконки, двухкассетный магнитофон производства последней четверти прошлого века и 83-летняя бабушка, больная сахарным диабетом. По какому-то старосоветскому обычаю меня проводят на кухню, большую часть которой занимает печь. Явно не декоративного предназначения.

– Нам газификации вовек не дождаться. Вон, в Быкове еще в 2012 году люди по 7 тысяч рублей сдали, а им потом сказали, что только в 2014-м газ подведут. Ой, что там началось! Там же москвичи домов накупили, с ними такие шутки не очень проходят. А мы заикнулись, так нам сколько-то там десятков тысяч насчитали за подводку, мы перестали даже мечтать об этом. Откуда взять, если пенсия — 10 тысяч? Вон, плитка газовая есть, газ в баллонах покупаем, и то хорошо.

Татьяна Валентиновна — так представилась хозяйка — говорит, что сама она «не очень местная», потому что родилась и училась в Ряжске, сельхозтехникум заканчивала в Мичуринске, а в Ухорь попала в 1967 году по распределению. А в 1973 вышла замуж, тут и осталась.

Татьяна Валентиновна. Фото: Екатерина Вулих

– Я не имела права отсюда уехать, пока не отработаю 3 года, председатель нашего совхоза «Красное» не отдал бы документы и доложил «куда следует». Да так везде было, во всех колхозах и совхозах. Сюда даже начальство приезжало постоянно — разыскивали тех, кто не работает, тунеядствует. И статья такая уголовная была, сажали за тунеядство. Потому летним днем в домах вообще никого застать невозможно было. Как насодют всех в прицеп трактора, аж не умещались, вот так до полей добирались. А работы-то имелось — непочатый край. Поля овощные, поля клубничные, смородиновые, вишневая роща была…

– Она и сейчас есть, только туда по кустам не пробраться, мы в прошлом году ходили. А вишня хорошая, крупная, — из зала показался сын хозяйки, усатый и приветливый Андрей Викторович, которого мама до сих пор ласково зовет Андрюшкой.

Уточняет, что я туда точно не проберусь, приглашает приехать за вишней летом.

– Это далеко, мимо кладбища для богатых надо, — поясняет коренной ухорец.

– Почему для богатых? Есть и для бедных?

– Так это старое кладбище, село-то древнее, ему несколько сотен лет. Оно рядом с церковью было — это для богатых баринов, а другое для бедных. Только сейчас и церкви не осталось, и кладбища почти нет.

– А ты расскажи, как над нашим чудиком подшутили, ну, с эполетами-то, — оживляется Татьяна Валентиновна.

– Ой, смеху было, — хихикают они, я тоже начинаю невольно улыбаться. — В 65-м тут свет тянули, да мимо кладбища. Там копнули, тут разрыли… В общем, покопались малость на том кладбище. И выкопали даже цинковые гробы — в таких гусар хоронили. Ну, и позабирали местные, кто что мог — пуговицы там, эполеты. У одного эполеты эти сохранились, когда он уж старым был, над ним подшутили — мол, езжай в Рязань, в краеведческий музей, тебе за них много денег дадут. Съездил, на всех обиделся. Видно, и денег не дали, и послали… обратно в Ухорь.

– Там даже одного барина могила была, или барона какого? В общем, богатого. И ее всю растащили, — припоминает Татьяна Валентиновна.

– Да не растащили, — перебивает сын. — Кто ж надгробие унесет, оно из гранитной плиты — тяжеленной, неподъемной. На месте она валяется.

«Рады бы поругаться, да не с кем»

Хозяйка вспоминает, как раздавали земельные паи во время развала совхоза. Только местонахождение этих паев было настолько засекречено, что и по сей день никто не знает, кому какой участок земли принадлежал.

– У каждого по 8 гектаров было, только в каком месте — неизвестно. И когда нам предложили продать их за 10 тысяч рублей, мы согласились. Да многие продали, чего уж говорить. Просто подумали: где земля — все равно ж не говорят, а 10 тысяч — вот они, живые деньги в руках.

С квартирами тоже что-то непонятное произошло. В начале приватизации, по словам Татьяны Валентиновны, приватизировали они квартиры. А потом оказалось, что документы о приватизации не имеют никакой силы. Сказали им снова приватизировать, но никто не стал этим заниматься.

– Но в соседнем селе я видела теплицы — имеется, значит, какое-то хозяйство?

– Ага, имеется, — мать с сыном одновременно печально улыбнулись. — Видели во-о-от такие огромные помидоры в магазинах? Это у нас китайцы выращивают. Они сюда ранней весной приезжают, поздней осенью уезжают. Наших на работы нанимают, по 500 рублей в день платят.

– А какой рабочий день?

– Ну-у, с 8 утра…

– Да какой с 8 утра? — снова не соглашается сын. — От рассвета до заката в согнутом состоянии. За 10 тысяч в месяц. Это какой химией надо кормить помидоры, чтоб они до таких размеров вырастали? Не знаю, что они там применяют, я не видел, только знаю, что вся рыба в Проне передохла. Как раз уже третий год нету. И китайцы у нас 3 года.

– И вы у них работаете? — обращаюсь к Андрею.

– А нам что, делать нечего? Мы сами на себя работаем, нам хватает, — не без гордости заявляет он.

Выяснилось, что ухорец является собственником тентованного грузовичка, на котором развозит дрова, другие необходимые товары. Мелкие грузоперевозки, одним словом.

– Остальные жители где работают? Да, и не подскажете, к кому мне еще зайти поговорить?

– А ни к кому не ходите, бесполезно, — с готовностью отвечает хозяйка. — Виталик, говорите, вам не открыл? Ну, дом на отшибе, — так он спит, значит. Вон в том доме бабка с дедом, вот в этом бабка с дедом… Они, если и услышат стук, то вы с ними поговорить-то не сможете. Только и будете орать, а они вам в ответ: «Ась?» Так что на работу ходить у нас уже почти некому. Раньше-то все в Кораблино работали, на комбинате шелковых тканей, так он давно развалился. Сейчас одна пара семейная в Денежниково на птицефабрике работает, целых 17 тысяч на человека получают. Только в день по 240 рублей на электричке прокатывают, так что весь заработок на проезд и уходит. Совсем недавно проезд дешевле был, а вот теперь подняли. Да еще говорили, что все электрички отменят, но, вроде, не стали.

Татьяна Валентиновна уточняет, что до электрички, в принципе, недалеко, но зимой дорогу заметает, ее никто не чистит. Так что пройти очень трудно, а пенсионеру и вовсе невозможно. Что касается почтальона или фельдшера местного, то они ходят пешком из Незнаново.

– Это почти 5 километров. Летом-то они на велосипедах, зимой пешком, весной и осенью к нам не пробраться. Да и в прошлые зимы не очень-то чистили большую дорогу. Но вот фельдшер наш, Олечка — она молоденькая девочка, хорошая, в любую погоду к нам приходит, если заболеешь. И уколы делает, если что.

– А как с продуктами?

– Ну, опять же, или на электричке, или пешком. Еще и автолавка из Рязани приезжает, но в ней все дороже, хоть на 10 рублей, но все равно. Ну, и вот собираемся мы все у этой автолавки… Все 4 человека.

Согласно переписи населения 2010 года, в селе Ухорь проживало 44 человека. Сейчас осталось 23 — именно столько насчитала Татьяна Валентиновна. Большая часть жителей — старики, которые редко выходят из дома.

По словам хозяев дома, их любимое занятие — коротать время за телевизором.

– Только в последнее время смотреть нечего — одна Украина. А так — за мамой нужно ухаживать, по хозяйству прибраться, печь растопить. Раньше-то нам деньги доплачивали за уголь, мы его покупали, теперь не платят — дрова добывать приходится. Это вон Андрюшка занимается такими делами. А летом с утра до ночи на огороде, без него не прожить.

– А старики как же?

– Да много ль им надо? На огород уже не выходят, мрут каждый год. Вон, посмотрите в окно — все эти дома опустели. К одной дети даже на похороны не приехали — в Германии живут. Не успели, мол. Старики умирают, а детям такие дома-развалюхи не нужны, никто за ними не смотрит. Просто бросают. Дома и разваливаются…

Хозяева говорят, что у них есть возможность переехать в Ряжск — соседний райцентр, там пустует квартира. Но уже привыкли тут, сроднились с этим селом.

– Тут Андрюшка родился, тут муж умер. Этот дом от совхоза строили, так он сейчас почти опустел весь, хотите — хоть сейчас квартиру в соседнем подъезде покупайте, за две копейки. Что ж будет, если еще и мы уедем? Дом-то развалится, если не топить.

– Дружно в селе живете?

– Ха! — «солистом» снова выступает Андрей. — Может, мы и рады бы поругаться, да не с кем. Поругаешься — оно, глядишь, и веселее станет. Но бабки глухие, все остальные — все четверо — на работе с утра до ночи. Да младенец двухлетний через стенку.

– А раньше что тут творилось. Ой, приехали мы, восемь молодых девчонок, по распределению. А за нами сразу все парни начали приударять — свои-то все девки уж надоели. У одного тут проигрыватель был и усилитель, как вынесет на улицу, как выйдем мы все танцевать — одна другой лучше. И дрались парни из-за нас. Да и просто так дрались, деревнями, стенка на стенку. Ой, весело было, — Татьяна Валентиновна оживает на глазах.

70-е годы. "Первые парни на деревне". Фото из архива Татьяны Валентиновны

Да-а-а, — подхватывает сын. — Дрались-то всегда, но беззлобно — так тумаков навешают, страстей сильных не было. Я тоже, помнится, в синяках ходил. Эх, было время!

Так они и живут — воспоминаниями о прошлом.

Все время, пока я общалась с хозяевами и смотрела в окно, ни по двору, ни вдалеке не показалось ни единой живой души. Только попрощалась с хозяевами и вышла осматривать уличный туалет, встретила «целых» двух женщин. Оксана, мама 2-летнего малыша, выливала помои на «пятачке» за деревянным сортиром.

– И как вам наше жилье? — иронично спросила после знакомства. — Хорошо живем: воду из колонки носим, туалета нет, водопровода нет, канализации тоже. Вот сюда помои кухонные выносим, больше некуда. А здесь — туалет, можете заглянуть.

От приглашения я культурно отказалась. Запах от этого дворового «благословенного уголка» распространялся в радиусе 10 метров даже в морозный день. Постеснялась спросить, что же тут творится летом.

– Как же вы тут с ребенком маленьким? В детский сад, в школу как будете возить?

– Никак, пешком будет ходить 5 километров, мы ж ходили. Планируем договориться с главой района, чтоб автобус хотя бы к Быково подъезжал, но пока это только в проекте.

– Вот это вас занесло, — со стороны «большой земли» к нам подошла еще одна дама. — А я вот уколы старикам сделать бегу, — это уже в сторону Оксаны.

– Так вы и есть фельдшер, та самая «молоденькая девочка Олечка»? — догадалась я.

– Ну, конечно, для наших старичков кто моложе пятидесяти — еще «девочка». Я ж бегаю к ним за пять километров, вот и «девочка». Пять сюда, пять — обратно… А что делать, не на китайцев же работать. Ой, а вы летом приезжайте, как раз посмотрите, какие у нас на «химической» земле помидоры дивные растут. Размером с детскую голову.

Женщины расходятся по своим делам, еду обратно и я. Последнее, что запечатлевается в памяти, — это покосившийся туалет, стайка собак у помойки и пронзительное зимнее солнце высоко над Ухорем.

«Это такой образ жизни. Он затягивает» Далее в рубрике «Это такой образ жизни. Он затягивает»Почему рязанский «Социальный патруль» не может убедить бездомных вернуться к обычной жизни Читайте в рубрике «Общество» Зураб Соткилава: «Смерти нет!»Ушел человек-легенда, подаривший минуты подлинного счастья любителям оперы Зураб Соткилава: «Смерти нет!»

Комментарии

24 февраля 2015, 16:37
Село вымирает, да, но может в условиях санкций и кризиса люди поймут, что уверенно прокормить может только своя земля, огород.
26 февраля 2015, 16:20
На одних овощах долго не протянешь. Да и не от одного понииания все зависит. В хозяйстве нужно ещё и живность держать, чтобы своим трудом прокормиться. Вот только живность эту тоже кормит чем-то нужно, а аппетит у домашнего скота и птицы будь здоров - кто хоть раз сталкивался тот знает. Где корма брать, не подскажите, Софочка?
А то кушать, да слова красиво говорить у нас все горазды, а на деле пшик выходит!
24 февраля 2015, 17:58
Старики выживут, они у нас закаленные, а вот детям в таких деревнях однозначно делать нечего, полный тупик
25 февраля 2015, 07:08
С другой стороны, чтобы "выгулять" ребенка в городе на ближайшей детской (сильно загаженной собаками и кошками) площадке, мне нужно пройти с ним километр, уворачиваясь от несущихся машин. ВСЕ заставлено машинами, пройти совсем невозможно. Что не заставлено - то грязь.
26 февраля 2015, 12:54
Екатерина, а вы передте в такую деревню, где кругом поля, а возле дома колодец и песочница, и сравните ощущения с городским ландшафтом
26 февраля 2015, 16:23
Это мелочи. Если копнуть по глубже, то трудностей наберется вагон и маленькая тележка, причём что в городе, что в деревне.
26 февраля 2015, 16:53
Я с Вами согласна, в деревне хорошо жить 3 дня через 4, да и то - когда с финансами все в порядке и джип, который пролезет по любой грязи, под попой)
Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Расширяйте круг интересов!
Мы пишем об истории, обороне, науке и многом другом. Подписывайтесь на «Русскую планету» в соцсетях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»