«Психологические проблемы не меняются со времен Шекспира»
Кабинки психологов-консультантов. Фото: Екатерина Вулих / «Русская планета»

Кабинки психологов-консультантов. Фото: Екатерина Вулих / «Русская планета»

Кто и зачем звонит на рязанский «Телефон доверия»

Российская телефонная психологическая служба перешагнула 30-тилетний рубеж — она была создана еще в семидесятые годы прошлого века. Рязанский «Телефон доверия» немного «моложе»: в этом году он отметит свое 20-летие. За это время специалисты приняли более 40 тысяч звонков от рязанцев, которым требовалась психологическая помощь. С какими проблемами звонят рязанцы, в какое время на них «накатывает» отчаяние, «Русской планете» рассказал заместитель главного врача Рязанского психоневрологического диспансера Вадим Комаров.

– Как возник «Телефон доверия» в Советском Союзе, ведь тогда психологические отклонения были весьма закрытой темой?

– Инициатива создания службы «Телефон доверия» принадлежит выдающемуся отечественному психиатру, профессору Московского НИИ психиатрии Айне Григорьевне Амбрумовой. Амбрумова изучала суицидальное поведение, и «Телефон доверия» изначально должен был представлять собой срочную помощь тем, кто стоит на грани суицида. В других странах подобные службы чаще работают либо на волонтерской основе, либо на базе каких-то социальных служб. У нас же так повелось, что служба создавалась и работает в системе здравоохранения, а точнее в структуре психиатрической помощи. Ведь речь-то идет об эмоциональных, то есть душевных, а значит психических (ведь «психе» по-гречески — душа) проблемах, и поэтому суицидологическая помощь относится к сфере психиатрии. Развитие «телефонов доверия» началось со столиц, и с городов-миллионников, а до Рязани «докатилось» только в 90-х, с некоторым опозданием. У нас служба возникла благодаря энтузиазму основателя нашей телефонной психологической помощи Людмилы Кузьминой. Она заведовала данной службой в Магадане, а потом, уже имея опыт такой работы, переехала, как говорится, «на материк». Рязанский «Телефон доверия» «кочевал» с одной базы на другую, одно время функционировал на базе наркологического диспансера, психоневрологического диспансера, центра медицинской профилактики и с 2010 года снова обосновался у нас, на базе психоневрологического диспансера.

– Почему именно в 2010-м?

– В связи с бушевавшими тогда лесными пожарами. У людей было сильное потрясение, они уже звонили не для того, чтобы мы оказали какую-то психологическую помощь, а просто спрашивали: «Что нам делать-то?» У наших консультантов уже висел перед глазами список с телефонами всех служб, которые могли помочь пострадавшим, или просто перепуганным людям. Успокаивали, давали практические советы, люди успокаивались, получается, помощь оказывалась не только психологическая, но и диспетчерская. Ведь когда человек уже четко знает, что делать, не мечется хаотично, получает план действий, места для отрицательных эмоций становится меньше, и он начинают действовать. В те трудные для многих рязанцев моменты мы смогли обеспечить службу «Телефона доверия» кадрами. Специалисты нашего телефона — в основном медицинские психологи, выпускники факультета клинической психологии медицинского университета. Навык телефонного разговора с нуждающимся в психологической помощи формируется уже в процессе обучения, особенно у тех, кто интересуется именно сферой телефонной психологической помощи. Есть достаточно разработанные методики, в которых даны четкие алгоритмы общения с обратившимися. Хотя, безусловно, определенные качества личности консультанта «Телефона доверия» тоже важны.

– «Телефон доверия» был создан для решения каких-то конкретных психологических проблем?

– Именно. Главной задачей специалистов службы является предотвращение попыток суицидов. Когда звонят и говорят: «Я сейчас собираюсь выброситься в окно», или там «наглотаться таблеток». На самом деле, подобные звонки раздаются нечасто. Гораздо больше звонков, так скажем, потенциально суицидальных, чаще всего связанных с внутрисемейными проблемами: недопонимание, равнодушие, алкогольная и наркотическая зависимость близких. Именно эти проблемы актуальны для людей. Никто не жалуется консультантам на нестабильность экономики, не выказывает волнение по поводу боевых действий в Сирии, но подобные процессы порождают высокий уровень напряженности в обществе. Что мы там видим и читаем? В Белгороде доктор убил пациента, в Крыму пациент убил доктора — вот отражение общей ситуации. И на эти глобальные напряжения накладываются «маленькие» проблемы простого человека — в результате эмоции захлестываются, в том числе и выплескиваясь в виде звонков нашим консультантам.

– Молодые люди обращаются?

– Очень молодые нечасто. У подростков, молодежи есть соцсети — с одной стороны, это не слишком здорово, с другой — возможность «спустить пар». Так что это такой вот, хоть и не профессиональный, альтернативный телефон доверия.

– С чем связано большинство тревожных состояний обратившихся?

– Вечные темы: смерть близких, измена, развод, непонимание с детьми. Порой ситуации крайне тяжелые. Вот живут себе две женщины: мама с дочкой. Дети-внуки выросли и разъехались, мужа нет, и вот вдруг мама умирает. Дальше — одиночество, пустота, неприкаянность. Отношения между родителями и детьми — каждое новое поколение не хочет жить так, как жило предыдущее. Звонят родители — не понимают своих детей, боятся за них. Звонят созависимые — родственники алкоголиков и наркоманов. Еще одна категория — мамы безнадежно больных детей. Они, как правило, не работают, вся их жизнь — это уход за больным ребенком, общение с врачами и с мамами таких же детей. Но дети с врожденными заболеваниями, как правило, умирают достаточно рано. Это само по себе огромное горе, ежедневный психологический стресс, а после смерти ребенка, если нет других детей, женщина не знает, куда себя деть. Работы нет, «здорового» круга общения — тоже. Жизнь больше нечем заполнить, итог — затяжная депрессия. Звонят и сами зависимые от алкоголя: выпивка закончилась, сотоварищи разошлись по домам, жизнь катится под откос, впереди — ничего. Понять можно: сейчас многие «бьются, как рыба об лед», но не ощущают отдачи, не понимают, для чего вообще живут и работают. Трезвому-то трудно решиться звонить на «Телефон доверия», ведь принято считать, что мужики не плачут. А алкоголь облегчает возможность позвонить. Кстати, звонки страдающих алкоголизмом у нас чисто «мужская» проблема. Признаться в этом у нас социально приемлемо, в отличие от зависимых от алкоголизма женщин. Обращаться напрямую к врачу наркологу может показаться стыдным: а вдруг в наркологическом диспансере встретишь каких знакомых, а вдруг потом встретишь где-то в городе врача и он на тебя не так посмотрит? Подобным образом думают многие зависимые. А звонишь по телефону — можно нарисовать себе любой образ собеседника, вплоть до «уютной» доброй бабушки, которой можно «поплакаться в жилетку».

Заместитель главврача Рязанского психоневрологического диспансера Вадим Комаров. Фото: Екатерина Вулих / «Русская планета»

– Можно ли очертить какие-то социальные границы нуждающихся в психологической помощи?

– Нет, пожалуй, «богатые тоже плачут». Скучающие жены состоятельных мужчин — те самые дамы в «золотой клетке», брошенные жены состоятельных мужчин. Для них сменить уровень жизни, стиль жизни — катастрофа. Звонят и мужчины. На заре 90-х был случай: на «Телефон доверия» позвонил мужчина и беседовал со специалистом целый час. По времени ограничений нет, любопытно другое: он звонил с сотового телефона. Час разговора по мобильнику в те времена стоил как хороший мотоцикл. И вот ведь — тоже на что-то жаловался, но сути разговора как раз никто не запомнил, все затмил этот сотовый.

– Изменились ли проблемы рязанцев с середины 90-х?

– Нет, личные психологические проблемы не меняются со времен Шекспира. Перестройка, политика, внешние войны, выборы — это, хоть и затрагивает каждую семью, не является поводом для звонка в нашу службу.

– «Телефон доверия» помогает людям? Спасает от страшного последнего шага?

– Однозначно. Даже просто тем, что он есть. Ведь для многих обратившихся очень важно услышать доброе, сочувственное слово, слово понимающего человека. Ведь многих отчаявшихся людей подталкивают к крайним мерам одинаковые проблемы: одиночество и непонимание, ощущение себя лишним в этой жизни.

В 2015 году на рязанский «Телефон доверия» поступило 1926 звонков, из них 1197 раз обратились женщины, 729 раз — мужчины. 18 человек сообщили о своем желании покончить жизнь самоубийством.

«Институт семьи в России оказался самым крепким» Далее в рубрике «Институт семьи в России оказался самым крепким»Председатель родительского движения Рязани рассказал, как противостоит западным методам образования Читайте в рубрике «Общество» Специалисты со школьной скамьи!В Москве прошла пресс-конференция «Школа новых технологий: развивая инженерное направление» Специалисты со школьной скамьи!

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Читайте самое важное в вашей ленте
Подпишитесь на «Русскую планету» в социальных сетях и читайте наиболее актуальные материалы
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»